Delayed release

СМСная презентация сдана - получилось длинно, но развлекательно, - теперь можно посвятить Все Свое Время подготовке к письменному экзамену 27го. Я уже писала, что все-таки решилась на это безнадежное мероприятие? С другой стороны, я не знаю, начала ли бы я готовиться к экзамену раньше, чем за месяц, даже если бы знала о нем за полгода? Надеюсь на то, что Мюляйзен сначала прочитает написанное нашей китайской идиоткой, схватится за сердце, потом прочитает мое и от благодарности за спасенную жизнь и веру в студентов поставит мне 1.0! Это, между прочим, одна из 3 оценок, которые потом появятся в моем дипломе Master of Arts (muchas gracias, prof)

Ночью был ужасный дождь и ветер, мое окно выглядело изнутри, как иллюминатор в подводной лодке - сплошная вода и течения, и больше ничего. С утра вышла на пробежку в свитере, и все велосипеды лежат на земле, мусорные баки для бумаги опрокинуты, две доски для объявлений в проходе сквозь общежитие на соседнюю улицу упали и все закидано разлетевшимися флаерами, субботними газетами и вывесками католической школы. Ламы лежат в хижине, скрестив шеи, и, кажется, отдыхают от борьбы со стихией.

те, кто уже ответил - спасибо и простите, что опять вешаю пост наверх

дорогие люди! если у вас на телефоне завалялись смс на английском, которые вы кому-нибудь писали или которые писали вам (главное, чтобы автором был не native speaker of English), не могли вы бы их мне написать вот в этот собиратель смсок Опрос? Все совершенно анонимно, имена можете заменить на любые, какие хотите, Jack, Matilda, Hilary etc.
Это мне нужно срочно насобирать 100 штук смс для презентации по корпусной лингвистике

я приняла душ
завтра очень Трудный День - сначала туториум по очень смутной теме, по которой вторая туторша подготовила еще более смутные, а скорее, вообще не относящиеся к делу упражнения; потом двухчасовой тет-а-тет с Вайсером, который превращает меня в единственного (не значит высококачественного) специалиста по корпусной лингвистике в уни Байройт, чтобы я потом не смыкая глаз производила corpora of trinidadian English для Мюляйзен; потом встреча с Мюляйзен, где мне нужно будет найти дипломатические пути к заполнению моего заявления на Master thesis вместо того, чтобы подробно отчитываться за успехи в корпусной лингвистике (которой я занимаюсь за счет уни и в мое ассистентское рабочее время); и в конце концов вечеринка с бесплатной едой в честь вступления новой профессорши в должность, и это мероприятие звучит намного веселее, чем является на самом деле. Надевать завтра академическое, но очень короткое платье с nobrand или беременный сарафан в цветочек? вот вопрос.

Наконец зашла в call for papers на linguistlist - впервые за три месяца, потому что сознательно устроила себе каникулы летом - но, как назло, самая подходящая конференция в Румынии почему-то назначила ужасно ранний дедлайн, 15 апреля, и я к нему катастрофически опоздала (очевидно). Следующая подходящая будет в январе и в Японии. Гляда на светлую сторону, можно отметить, что раз в январе - то у меня будет достаточно времени найти организацию, которая проспонсирует мне поездку в Японию! или выиграть в лотерею с той же целью.

Индийское издательство зажилило моего Левинсона, и вот уже целый месяц мой заказ на zvab помечен "wurde weitergeleitet", а издательцы из Дели не отвечают ни на один имейл.

Привет, сегодня мой любимый испанский день miércoles, el 3 de junio.

Что мне нравится в дневнике лондонской девушки легкого поведения: наконец я могу отождествиться с главным героем(иней), который постоянно готовит себе и пьет не кофе, а чай. Вездесущий кинематографический кофе. Я, впрочем, тоже с некоторых пор перешла в лагерь слабовольных и экономных и завариваю чай из пакетиков, вместо того, чтобы доставать с полки средиземноморский чайник и класть туда рассыпной. Выуживать из дырок в глиняном стаканчике распаренные листы - интимное действо, граничащее с растлением чайника.

До туториума сегодня дошла, ловя на себе неуютные взгляды: на высоких босоножках и с накрашенными красным ногтями. Этот красный лак лежит у меня со времен работы в отеле, когда меня одолела негаданная страсть - коралловые короткие ногти; однажды зимним вечером, возвращаясь со смены, я зашла в Рив Гош на углу Садовой и Гороховой и выбрала самый кричащий флакон bijou. Потом, после туториума, дома переоделась чуть ли не в пижаму и отнесла грязное белье в стиральную машину на пятый этаж; два раза вверх, два раза вниз - стирка, сушка. По дороге два раза встретила прекрасную деву с черными стрелками на глазах; она была одета в такие черные развевающиеся штаны, (которые на ней выглядели модернизированной вариацией на тему стильных "гаремных", а на мне обычно смотрятся как надетые не к месту треники) и белую майку из new yorker с совершенно постельным кружевом по краю. Если бы я нацепила что-нибудь в этом роде, то чувствовала бы себя overdressed in gym, а она была потрясающе органична и проста, как в местных джинсах и чайной кофте, но отличная от миллионной толпы поклонников ха-унд-м. Генетические данные; зато у меня есть триста трусов no romeo.

За день дошла заказанная в zvab.com Politeness Браун и Левинсона - та самая, оранжевая книжечка в мягкой обложке с сепийной фотографией машущих индийцев. Наконец-то у меня появилась своя Politeness! Есть еще две базовых мечты: Pragmatics Левинсона и Deep down in the jungle, про ритуальные оскорбления. Но книг, конечно, особо покупать не хочется - в январе заканчивается мастерская программа и стипендия, и куда я с ними? Необходимы грузовые почтовые голуби (контейнерная перевозка).

Я совершенно разочаровалась в мире софта.
Невозможно поверить, что для организации мыслей существуют только эти тухлые майндмэпс. Я уверена, что не только меня, а еще тысячу миллионов студентов (по крайней мере гуманитариев) учили писать эссе, курсовые и статьи так: делать картотеку на обычных карточках, вписывая туда целые цитаты со ссылками, ключевые идеи, готовые предложения и пр. кубики, а потом раскладывать карточки по полу и организовывать их в наглядную структуру введение-тело-заключение, складывая рядышком.

Но карточки теряются, улетают, занимают кучу места и вообще мы в 21 веке живем.

Так неужели почему нет какой-нибудь простецкой программы, которая выполняла бы точно те же функции? Грубо говоря, в одной части экрана сваливаются в кучу боксы с текстом, желательно с тагами, но вполне можно и без них, а в другую часть экрана их можно перетаскивать драг-энд-дропом и там раскладывать как мне надо, желательно с созданием связей, но прекрасно можно и без него, просто закрепляя бокс на определенном месте. Вот и все! ну и сворачивание текста или зум боксов, чтобы потом всю структуру можно было увидеть на мониторе целиком.

Я понимаю, что для мака, конечно, мне в жизни ничего не найти. Но я уже ищу из любопытства, хотя бы для винды. Ближайший результат - некий the brain, но и он использует ненужную совершенно систему дерева и создания узлов, а в боксах предлагают писать только ключевые слова или линки. В общем, скорее штука для разработчика биологической таксономии, чем для простого пишущего курсовую студента-англиста.

Утром: проснулась в пятнадцать минут девятого и до девяти сидела, голая, перед компьютером, самозабвенно писала комментарии. Потом оделась в столь осуждаемое Улиткой сочетание: легкую летнюю юбку и свитер с сапогами - и пошла узнавать результаты теста по немецкому, выкинув по дороге Gelber Sack. За сам тест фрау Юкнат поставила мне 2.0, но в шайне - 1,7, потому что я молодец-молодец и говорила на занятиях. Впрочем, совершенно очевидно, что я качусь по наклонной, так как в прошлом семестре за два курса того же уровня я получила 1,3. Ошибки школьные, дурочка-дурочкой, например, вставила комментарий в скобках и после скобки уже забыла, что это предложение начиналось как придаточное и глагол должен был быть в самом конце.
Днем заработала 20 центов: в кафетерии у девушки передо мной на карточке было всего 43 цента, а ее кофе стоил 80; я заплатила за нее, а она потом прибежала, сунула мне 1 евро и сказала, ладно-ладно, не ищи, спасибо-убегаю. Пока ждала Йо, прочитала в книжке Джуса про языковые регистры прекрасную причину того, почему некоторые словоформы считаются "хорошим" английским, а некоторые - "плохим", невзирая на логику и этимологию: Treason doth never prosper; what's the reason? Why, if it prosper, none dare call it treason.
Потом дошла с ним до большой аудитории на факультете NW1, которую выделили для проведения экзамена по введению в лингвистику; разбирали вместе листы с заданиями, потом я помогала раскладывать их по партам, цокая каблуками, как девица в Поле чудес, которая вносит подарки в студию. В два собрались все тридцать пять человек, и я пошла домой собираться в кино - через час мы идем с А. на "операцию Валькирия", которую, кажется, было бы страшной ошибкой посмотреть не по-немецки.
Совершенно необходимо взять себя в руки и начать думать про две хаузарбайтен, которые я планирую писать дома, но материалы-то надо подобрать и скопировать в здешней библиотеке. Скоро лечу в Питер. Мысль о взлете приводит меня в бессмысленную кроличью панику.

Добралась до пятой главы анчимбиной рукописи. Конечно, здорово заметно, что он не native speaker of English, а только прикидывается, и что книга составлена из опубликованных за последние годы разных статей: первая и вторая глава производят впечатление болота, где ты бултыхаешься, а за руки тебя дергают с одной стороны функциональная изоляция местных языков, а с другой необходимость эту изоляцию преодолеть и обеспечить местным языкам реальные функции в стране - столько раз они повторяются там и тут, к месту и просто так в конце абзаца. Книга, кстати, про Камерун. Четвертая глава оказалась ничего, вполне самодостаточная и структурированная; а может, я просто за сотню страниц привыкла к его странным конструкциям. Ирония в том, что четвертая глава как раз с сарказмом замечает что мол франкофоны которые учат английский считают, что их английский- International English, а тот английский, на котором говорят камерунские англофоны - ненастоящий, Cameroon English, испорченный влиянием пиджина и местных языков. Чувак, я понимаю, почему они так говорят! С артиклями у меня тоже не очень, поэтому тут я не придираюсь (хотя я их хотя бы ставлю, а Анчимбе просто забил), но вообще довольно часто невозможно догадаться, что он имел в виду и при чем тут linking devices, из серии "в огороде бузина, therefore, в киеве дядька." Но с другой стороны, там есть и прекрасные-интересные вещи, например, со всеми этими разговорами про умирающие языки я была совершенно уверена, что практически все языки в Африке, особенно те, которые не имеют официального статуса как Йоруба или Игбо, - под угрозой вымирания. А анчимбе говорит, что даже 270 камерунских языков, конечно, представлены очень маленькими группами спикеров, но вымирать не собираются, так как им отведены функции, которые английский или французский вряд ли перехватят - общение в семье или местные религиозные ритуалы. Кроме того, по-анчимбиному, распространение языков с глобализацией, модернизацией и техническим прогрессом этим камерунским языкам по фигу, потому что их носители с прогрессом соприкасаются раз в год, когда ездят в райцентр продавать бананы, а так компьютерные неологизмы не то чтобы волной стремятся в их ежедневную речь. Вообще, конечно, очевидно, но Винфорд и Бауман про это молчат. Наверняка потому что американцы!

***
Еще из Фоули: интертекстуальность обозначена забавным словом linguallaxis, гибридом linguistic и trophallaxis - (взаимное кормление). Взаимное кормление текстов.
У Манинка, говорит Фоули, изобретательное и уместное использование пословиц - важная сторона словесного общения, и если вы хотите стать компетентным носителем языка, вам необходимо ее освоить. И вот, например:
Старик: Ах, ты становишься Манинка. Ты говоришь на нашем языка как один из нас.
Приезжий: Неважно, как долго бревно лежит в воде, оно не превратится в крокодила. (т.е. как иностранец, я все еще должен и всегда должен буду многому учиться)
Старик: Ах, сын мой, лежащее в воде бревно тем не менее внушает страх (т.е. ты ведешь себя в достаточной степени как Манинка чтобы считаться членом нашего сообщество)

Совершенно нет времени: рядом со мной на столе оранжевый конверт с 216 страницами анчимбиной книги, которую я согласилась для него отредактировать (отредактировать - пышное слово; но как по-русски называется proofreading? вычитать? высочество разрешило мне искать большее, чем просто опечатки. Пусть будет "редактировать"), к первой среде после каникул нужно закончить очередное задание по лингв антр - анализ speech event, для которого я записывала на диктофон мобильника разговор в турагенстве, но Мюляйзен забыла положить в семестераппарат основную статью по теме, а в библиотеке ее нет, только миллион томов American Anthropologist и примечание в томе 64/1966 - 'Toward ethnographies of speaking' Делла Хаймса в спецвыпуске. Еще, конечно, тексты к следующим занятиям, но анчимбину статью про психолингвистику я забыла отксерить до того, как бибилиотека закрылась на каникулы, и, в общем, это самое безобидное, - за книгу он меня простит.

Для антропологии у меня лежат три текста про жанр, и в них находятся прекрасные, незнакомые вещи, ведь теорией литературы я никогда не занималась, и что мне про жанр или интертекст не скажи, все будет открытием - как с когнитивной лингвистикой в прошлом году.

И вот, чтобы проиллюстрировать minimizing intertextual gaps, Дюранти рассказывает про "Basso's wonderful studies" использования географических названий среди апачей сибекве. У этих апачей географические названия представляют собой сложные выражения, описывающие внешний вид мест, действия в прошлом, связанную опасность или там исторические события, ну, еще миллион вещей - вроде "белые камни лежат сверху сложной группой", "стоящие наверху мужчины", "место дикобраза", "лошадь упала в воду"... Для каждого названия существует соответствующая история. Например, "большие тополя раскинули здесь свои ветви" (хм, 'big cottonwood trees stand spreading here and there'):
Давным-давно апачи бились с пимами. Пимы несли длинные дубинки из мескитового дерева; дубинки были к тому же тяжелыми и крепкими. На рассвете пимы пришли в Сибекве и напали на апачей. Пимы атаковали, пока апачи еще спали. Пимы убивали апачей своими дубинками. Одна старая женщина проснулась от криков апачей. Старая женщина подумала, что это кричит ее зять, так как он часто придирался к ее дочери. Старая женщина закричала: "Ты вечно придираешься к моей дочери. Тебе следует лучше к ней относиться." Услышав крик старой женщины, пимы поняли, где она. Пимы прибежали к стоянке старой женщины и убили ее своими дубинками. Юная девушка убежала со стоянки и спряталась в кустах. Выжила только она одна.
Это случилось в "большие тополя раскинули здесь свои ветви".

Такие истории у апачей условно относятся к жанру притчи, потому что они несут какую-то мораль. Бассо, например, рассказывает, как одна обезумевшая от горя женщина успокоилась, когда ей всего лишь назвали три географических названия, каждое из которых вызывало в памяти историю, связанную с какой-то стороной проблемы и с ее разрешением.
Если кто-то дочитал досюда, предлагаю угадать, какова была мораль истории про тополя. )

Вчера написала имейлы трем однокурсникам, потому что на лысом Кремере не была из-за встречи ДААД и не знала, что нужно подготовить к понедельнику (день великих свершений), то ли целое эссе, то ли план, или светокопию для проектора. Все трое ответили только сегодня, и все разное. Послать все три письма Кремеру с припиской "Я пыталась!"

Не была дома с четверга - в пятницу было слишком холодно и сопливо, я написала кое-как английский тест для DAAD Gutachten (спрашивают, какое значение придается в нынешней Германии двум мировым войнам? да почем же я знаю. Написала, что детей теперь нельзя называть не только Иудой или Кухонным Столом, но и Адольфом, и что какого-то футболиста дисквалифицировали за то, что он на поле показал нацистское приветствие. Сегодня возле ратуши на автобусной остановке со мной автобуса ждал старичок из соседнего дома престарелых, он все время хватал меня за щеки и рассказывал, как он бывал и в Венгрии, и в Румынии, и в Чехии, и в Польше, и везде-везде; мне это показалось немного невежливым, все-таки он там был не в качестве туриста. Привет, Даша, я фашистский захватчик. Впрочем, as if I cared) и ждала Йо в кафетерии, грея руки о кружку. А сегодня, конечно, в почтовом ящике завал: письмо от Studentenwerk о том, что я пропустила срок подачи им нового свидетельства о регистрации в университете; от Studentenkanzlei о новом пластиковом студенческом; бумажка от почтальона - я пропустила посылку. Все компьютеры в GW заняты. В столовой на кассе каждому с подносом дают маленького шоколадного санту, с опозданием на день.

Лето и бассейн, пожалуйста.

Наступила натуральная зима, и во мне проснулась непреодолимая тяга надевать на себя десять одежек без застежек: гетры, longsleeve, длинный свитер, сверху ремень, чтобы свитер на задирался с того места, которое ему положено согревать, шапка, шарф в три оборота. Правда, вчера в К8, где проходят встречи общества иллюминатов, перед нашим приходом натопили так, что ответственный за технику Анчимбе разделся чуть ли не до трусов (до футболки с надписью Gegenbauer. Футболки у него полный атас, на прошлой неделе, например, была ярко-красная с надписью ENTERTAINER). Мое сногсшибательное присутствие там вчера не прошло даром, я даже специально все два часа сидела в тщательно продуманной позе, чтобы не сдвинуть свой ремень шириной с хорошую конвеерную ленту, и, несомненно, произвела такое неодолимое впечатление на Мюляйзен, что сегодня на заседании кафедры по поводу курсов на следующий семестр она радостно поддержала анчимбино предложение взять меня в тьюторы для второй половины курса введения в лингвистику. Или может дело не в поясе, а в том, что больше никто этой ерундой на полставки заниматься не хочет, я не знаю; но, по-моему, пояс даром не прошел! Его было невозможно не заметить. Он занимал в комнате больше места, чем миниатюрная завкафедры романистики.

Я к тому же убеждена в силе пояса, потому что я вчера ничего не говорила. Все замечания, которые я могла бы сделать к докладу Мюляйзен, были из двух курсов, которые она у меня вела, так что я не смогла побороть себя и последовать уверениям кранца - она уже все это забыла, ей это не пришло в голову. Если не пришло - значит, так распорядились звезды! Я вообще все чаще уверяюсь, что лучше молчать со своими замечаниями. Например, позавчера на essay writing Кремер объяснял нам, какие темы следует выбирать для следующего definition essay: все что угодно, говорил он, все что угодно, любые две вещи, не ограничивайте свое воображение, главное, чтобы у них был хоть какой-то базис для сравнения. Что бы такое забавное взять, подумала я. Можно, например, сравнить два карандаша для глаз. Или узкие и baggy джинсы. Почему, скажем, так всегда бывает - приходишь в магазин за широкими джинсами, а покупаешь обязательно в обтяжку? Тут турецкая отличница Сибел подняла руку и спросила, ээ, а можно, ээ, написать про политику? Например про внешнюю политику Буша и Обамы? Да-да-да конечно, отличная тема! - закричал Кремер. Я со своими карандашами почувствовала себя неловко.


От ДААД пришло напоминание про встречу в Эрлангене в следующий понедельник, где мне предстоит рассказывать про медвежат. К имейлу прилагался документ со списком выступающих в порядке поданных заявлений; все список как список, имя, страна, специальность, тема доклада из нескольких слов; а я первым номером, отбитая красной строкой, как человек, изучающий Christliche Geisteswissenschaften u. Anglistik (?), c докладом про "мой" (кавычки оригинала) городок за полярным кругом, самую северную школу мира и тему исследований в Германии - реформа немецкой орфографии. Почти как реклама семинаров по убеждению всех во всем в газете гаудеамус.

Гииртс о методах антропологического исследования и необходимости воздерживаться от двух крайностей - слишком вовлеченного и слишком дистанцированного подходов:
Or, more exactly, how, in each case, ought one to deploy them [an experience-near and an experience-distant concepts] so as to produce an interpretation of the way a people lives which is neither imprisoned within their mental horizons, an ethnography of witchcraft as written by a witch, nor systematically deaf to the distinctive tonalities of their existence, an ethnography of witchcraft as written by a geometer.

И то, что я пишу про лингвистику - это, конечно, этнография колдовства, написанная ведьмой; совершенно очевидно, что никому, кроме меня, неинтересно, как Вежбицка с помощью семантических примитивов описывала жалобы и даже во что Вежбицка одета на фотографиях. Иногда когда я читаю про что-нибудь замечательное, например, dual direction of fit или концептуализацию времени в языке Хопи, мне кажется, что это вселенская истина которая изменит весь мир, или по крайней мере которой все восхитятся. А дело, наверное, в том, что dual direction of fit без двадцати листов предшествующей скукоты не имеет никакого смысла. Или в том, что выпускнику филологического факультута говорят, большую картошку и бигмак.

Как шерлок холмс могу заявить, что либо вчера у кранца болела спина, либо он собирался на свидание, потому что на занятие пришел причесанный и в новых кедах с аккуратно завязанными белоснежными шнурками (мама, наверное, завязала). Вообще-то я кранца очень люблю, и даже если случается так, что я над ним злобно насмехаюсь, то мне потом бывает очень стыдно, к тому же если объекту насмешек на это плевать, то жутко остроумный журавль (т.е. я) как раз и оказывается полным идиотом, так что кранц по сути всегда в выигрыше. Вчера, например, я начала заранее сочинять текст письма, в котором буду спрашивать его, когда и как мне можно сдать готовое эссе, и придумывать всякие изысканные оправдания насчет примитивного контента - он нам велел прогрессивных идей не выдавать, а правильно оформить ссылки. А кранц сочиняет мне рассылку с текстом теста за две недели? Вот, то-то и оно.

...
Вчера ходили на бюргерфест в центре Байройта, где басы колотили, как в заправском юбилейном, и на трех узеньких улочках города собралось все 75-тысячное население, так что когда мы пытались пробиться к М. в общежитие над кафе флориан, нас затерли почти что насмерть (и помяли мою китайскую лапшу в коробочке). Анчимбе мы, к сожалению, не встретили, а то я бы ему с удовольствием продемонстрировала, как я круто ассимиоируюсь в немецкую культурную жизнь: пью клубничный ликер и говорю продавцам Bitte sehr.

...
мак - это, наверное, изысканное наказание за мои немногочисленные, но надоедливые грехи, потому что проблемы, которые постоянно постоянно постоянно лезут под руку, когда я пишу эссе или пытаюсь записать фильм на диск, именно такие - мелкие и надоедливые. Вчера мы убили час, но так и не нашли, как записать двд из файлов, формат которых маку непонятен; потом сегодня я отбила себе всю ногу, пока искала как делать принтскрин, как запускать ави, как ставить точку на русском, как переименовывать файлы, как отменять список в текстовом редакторе, еще пять миллионов как. Зато теперь я могу лежать в кровати и двигать курсор кнопочками телефона; пытаюсь себя убедить, что это достойная компенсация отсутствия Ice book reader и любых аналогов, пунтосвичера, и банк-клиента балтийского банка, который рождается в этот мир только с хвостом exe.

Мне кажется, Раскин выбрал очень странные анекдоты для иллюстрации своей теории юмора: конечно, оппозиция sex\no sex оказывается одной из основных, но все-таки даже в этом пуле можно найти что-нибудь более элегантное, чем Вовочка, у которого вся семья друг с другом ебется. Сама теория между тем невероятно замечательная; т.е. по сути теории уже две, semantic script theory of humor, которую разработал сам Раскин и которой столько же лет, сколько мне, и general verbal theory of humor, которую развили из SSTH Раскин и Аттардо; и я как обычно пребываю в депрессии из-за неумения think out of the box, потому что как они умудряются это придумывать? Когда читаешь про SSTH - она кажется безупречной, охватывающей все на свете и 42, а потом в следующей главе говорится про усовершенствованную general theory, которая устранила недостатки первой теории вроде того, что теперь учтены различия между короткими анекдотами и юмористическими рассказами или объясняется почему над одной и той же шуткой кто-то смеется, а кто-то нет; и сразу становится понятно, что SSTH - это так, ерунда, а вот GVTH выворачивает сознание наизнанку и подсвечивает все нужные процессы, как анимация в powerpoint.

Теория, собственно, такая - в каждой шутке должны присутствовать два сценария, противопоставленные особым образом, и триггер, который спровоцирует переключение слушателя с одного сценария на другой в нужный момент. Например, в шутке про доктора, которую Раскин во всех своих книгах заездил до дыр - "Is the doctor at home?" the patient asked in his bronchial whisper. "No," the doctor's young and pretty wife whispered in reply. "Come right in." - присутствует сценарий "доктор" и сценарий "любовник", которые совместимы не полностью, потому что в шутке дается лишняя информация о жене доктора (для пациента не важно, что она молодая и хорошенькая, и с какой стати она шепчет), а это нарушение первой максимы Грайса. Из-за этого несоответствия слушатель начинает думать, что возможно говорящий хотел сказать что-то другое, начинает искать новые сценарии и натыкается в своих дебрях фонового знания о мире на LOVER. Вот, в общем-то, и всё; есть еще несколько правил насчет противопоставления сценариев в соответствии с базовыми бинарными категориями человеческого мышления: possible-impossible, actual-nonactual, real-unreal, и в их составе десятка более мелких вроде money\no money, sex\no sex или true\false, но это уже тонкости классификации.

Т.е. эту схему можно применить и к каламбурам - там триггером будет многозначное слово, и к рассказам, где противопоставляется множество сценариев, разбитых на пары и налагающихся друг на друга как мета-сценарии и сложные хронологические скрипты, и дурацкие шутки, сконструированные из подручных материалов с помощью Раскина, из меня теперь просто бьют фонтаном. Хуже, чем привязчивая песня, потому что тут подключается еще и азарт: хочется найти какой-нибудь пример, не согласующийся с написанным в книжке, но все возмутительно подходит. Эти препараторы знают свое дело. Еще немного - и будет готова схема долгой и счастливой жизни, я первая в очереди на межбиблиотечный абонемент.

Прогноз погоды лжет самозабвенно, последовательно, принципиально: весь день дует байройтский "грозовой" ветер, небо затянуто низкими тучами, птиц почти не слышно, а wetter bayern, которые на протяжении двух недель невероятно ясных дней рисовали тучи и грозы, показывают, что прямо сейчас у нас ни облачка и 24 градуса. Я в очередной раз поверила (что заставляет меня это делать? ведь я наверняка знаю, что все будет с точностью до наоборот) и пошла в институт в своем mind warp-сарафанчике с голой спиной, хорошо хоть, что взяла пиджак, по которому меня узнает водитель автобуса №4, иначе сидение возле столовой с кофе и юным кранцем точно закончилось бы воспалением легких.

Предаваясь мечтаниям о виде на жительство, который я сегодня утром ездила получать, я совсем забыла, что к очередному занятию по когнитивке мне нужно было найти какие-нибудь имена героев из худ.лит-ры с соответствием светлых гласных хорошим парням и наоборот; поэтому на пятнадцатиминутном перерыве после Шонвайца я не пошла обедать, а купила käsebrot и осталась в компьютерном классе выписывать имена многочисленных лордов и зверей из "Хроник Нарнии". Но все оказалось зря, т.к. на Кранца никто не явился - наверняка потому что сегодня в семестераппарате не было готового текста, а надо было искать его в библиотеке, - мы подождали пять минут и юный кранц объявил, что тогда занятие отменяется и мы можем пойти попить кофе, но он меня конечно не держит. Я подумала, что будет как-то глупо отказываться, а потом идти вместе в столовую и молча сидеть рядом и делать вид, что страшно заняты своими делами, и согласилась, но я же не знала, что все закончится сидением снаружи! странные любители свежего воздуха. Мы немножко побухтели насчет эразмуса, я проглотила свой кофе и сбежала в библиотеку за ксерокопиями статьи про wishful identification with video games heroes.

Единственной целью моего вчерашнего похода в бар на футбол было побегать и поорать finale ooo после игры, но даже этого мне сделать не дали! А потом кто-то выплеснул на нас ведро воды из темного окна франкенгута глубокой байройтской ночью, около половины двенадцатого.

Сообщение в английских газетах за июль 1994: Kent Coastguard reports that a girl, drifting out to a sea on an inflatable set of false teeth, was rescued by a man on a giant inflatable lobster.
(Береговая охрана Кента сообщает, что девушка, выплывшая в открытое море на надувной челюсти, была спасена мужчиной на надувном омаре)

Лицемерие под названием прагматика: многие чисто морфологические явления в языке обусловлены прагматическими принципами, например, деривационная морфология. Пары lawful-unlawful, grateful-ungrateful существуют потому, что состояния lawfulness, gratefullness и т.п. считаются обществом более желательными, нежели unlawfulness etc., и конечно выражаются немаркированными формами. Хуже того: язык предусматривает возможность появления мономорфемного синонима "отрицательного" полюса пары - например, strange (unfamiliar-familiar), однако исключает образование пары strange-unstrange, если только это не осознанный акт говорящего с целью подчеркнуть некий особый смысл.

Иногда эти явления идут вразрез с логикой - в паре fasten-unfasten, очевидно, состояние "застегнутости" принимается за более естественное, чем состояние расстегнутости, а слово unloosen, неизвестно как пробравшееся в английский, вопреки всякому здравому смыслу является синонимом unfasten, потому что расширять парадигму немаркированных вариантов можно, а маркированных - нет.

Лицемерные прагматические принципы не менее очевидны в процессах словосложения: когда два самолета почти сталкиваются в воздухе, термин near miss (в котором оба слова независимо друг от друга подчеркивают тот факт, что самолеты НЕ столкнулись) намного более предпочтителен, чем near hit (который бы подчеркивал ужасные последствия того, что чуть было не произошло).

Теги у меня в жж развиваются, по-моему, по принципу фамильного сходства, как у витгенштейна: с самого начала появляются все новые группы, которые частично пересекаются, но никогда не совпадают полностью; а все потому, что я постепенно забываю, какие теги уже есть, изобретаю новые и начинаю пользоваться ими: недавно сходила в начало жж обнаружила, что там у меня есть sport и учеба, которые сейчас благополучно переродились в обучебе и treadmill, еще в глубине веков киснут подворотни, русский, jeremy и др. свидетельства прошлого.
...

Несколько дней назад, когда я готовилась к семинару по Second language acquisition и всем про него в восторге рассказывала,
cinnamon_yulka навела нас на мысль о новой трактовке истории со строительством вавилонской башни: не было никакого единого нормального языка, которым владели все, а был базовый interlanguage, начальная стадия развития пиджина в многоязычной ситуации - кривой и неполноценный, как всякий interlanguage. На начальных стадиях его вполне хватало, но когда появилась необходимость обсуждать сложные инженерные вопросы, скудные коммуникативные средства interlanguage уже не могли предоставить достаточно обширный лексикон, грамматические структуры и т.д., люди перестали друг друга понимать и ВСЕ К ЧЕРТУ РАЗВАЛИЛОСЬ.

...
С тех пор, как я перешла на чтение научной литературы на полную ставку, в мире открылись новые удивительные факты: 1) оказывается, очень маленькая часть книг выглядит так, как мы привыкли: оформленные обложки с рисунками, текстом и пр. дешифруемой информацией; бОльшая часть изданных книг переплетена в простые черные, темно-зеленые, темно-серые обложки без единой надписи, со скупой издательской информацией на форзаце, 2) следует читать все заголовки и подзаголовки, из них действительно можно узнать что-то новое, без чего последующий текст не так понятен.

Утром в пятницу на семинаре у Шонвайца со мной уже который раз пытается завязать разговор сосед Уве какой-то-баум, и наши разговоры выглядят примерно таким образом: Ты бакалавр? Нет. Ты мастер? Да. Откуда ты? Я тебе говорила на прошлой неделе. Из России? Да. Тебе тут нравится? Да. Из какого ты города? Санкт-Петербург. Там есть море? Да. Там есть порт? Да. и т.д. Беда уве не в том, что его зовут уве и что он похож на хорька, а в том, что он один из тех дураков, которые весь семинар на первом ряду перед Шонвайцем кладут ноги на стол, болтают, два часа напролет пробивают дыроколом какие-то бумажки, складывают самолетики и т.п.; сегодня уве читал журнал Uni-Spiegel. После семинара я быстренько вскочила, побежала в библиотеку и взяла себе такой же, и весь вечер читаю про университет вашей мечты Tromso на севере Норвегии - некоторые поймут, почему я клюнула на заголовок "самый северный университет мира" перед носом у уве. Статья про университет, правда, оказалась так себе, а вот над другой статьей про студентку из Кельна, которая работает в эскорт-сервисе в Байройте, я сижу со словарем уже полчаса. Меня беспокоит вопрос, почему она работает в Байройте? почему не в Кельне, или Бонне, или Гамбурге? у нас тут не такой уж мегаполис; в общем эта привлекательность байройта для эскорт-сервисов наводит меня на всякие подозрительные мысли. Надеюсь, Шонвайцу не хватает денег на то, чтобы пользоваться услугами, как тут написано, Edel-Huren! а то окажется что я зря его жалею.

...
На когнитивной лингвистике нас было четверо: я, прочитавшая не тот текст и полудохлая после вчерашнего гастроэнтерита, франческа-1, прочитавшая не тот текст и почти не говорящая по-английски, франческа-2, прочитавшая не тот текст и почти не говорящая по-английски, и юный Кранц, который в пятницу днем пришел на свой семинар и обнаружил, что из 8 человек появились только трое, африканки, которая должна была сегодня выступать с презентацией, нет, и все прочитали не тот текст. Так мы и провели полтора часа вместе: кранц показывал вырезки из Шпигеля с pictorial metaphors, я разгадывала послания рекламы Lucky Strike и иногда убегала блевать в туалет, а франчески почти не говорили по-английски.

...
eel - "Any of various, long, snakelike, scaleless marine or freshwater fishes [...], that lack pelvic fins and characteristically migrate from fresh water to salt water to spawn." The American Heritage® Dictionary of the English Language, Fourth Edition

Проснулась, как обычно, в семь, потому что окно открыто для проветривания (я не могу спать в душной комнате), там громко орут птицы и светит солнце, все утро зевала, трясла головой, и сейчас еще не могу вдохнуть, как будто мне на грудь сел слон.

Составляла хэндаут и вопросник для презентации по Figure and Ground у юного Кранца, подшила к материалам лист с проверченной в середине дыркой - учебное пособие для эксперимента с reduction screen, немножко подумала и добавила в вопросник задание:
1. There was an old joke in Soviet Russia about a guard at the factory gate who at the end of every day saw a worker walking out with a wheelbarrow full of straw. Every day he thoroughly searched the contents of the wheelbarrow, but never found anything but straw. One day he asked the worker: "What do you gain by taking home all that straw?" "The wheelbarrows".
What can you say about this joke in terms of Figure and Ground?-
здесь, как я понимаю, любят такие нехитрые способы привлекать внимание студентов, а я могу думать все, что угодно, все равно про это никто не узнает. Я сразу подумала, как Аппель вспоминал что Набоков на лекции об "Анне Карениной" приносил чертеж внутреннего устройства вагона железной дороги между Москвой и Санкт-Петербургом.

Недавно ехала в Мюнхен на региональном поезде, который делал долгий крюк через Регенсбург, и всю дорогу передо мной сидели два русских эмигранта, одетые примерно как герои "Иронии судьбы", только в два раза толще, и обильно используя бля на хуй и охуели совсем жаловались на парочки, которые, ничего не стесняясь сосутся прямо на платформе не могут нормально стоять. Я подумала, как им должно быть больно смотреть на уток, которые тут повсюду ебутся группами по две, три и пять, нередко прямо посреди проезжей части.

Кажется, всем эразмус-студентам, которые ходят со мной на немецкую грамматику, вчера коллективно стерли память люди в черном: они молчали, пожимали плечами и скромно смотрели в пол, а потом старательно записывали все то, что фрау Х. говорила в ответ на свой собственный вопрос (точно то же самое что они старательно записали на прошлом занятии). Такой же произвольной амнезией страдала моя бабушка, когда не забирала меня из детского сада, потому что по телеку шла "Дикая роза", а потом удивленно смотрела на маму, когда ей говорили, что ее просили зайти за мной, и с послушным видом записывала на завтра в блокнотик, чтобы точно не забыть! Хотя, как говорит ян гордон, дело тут скорее всего не в проблемах с памятью, а в проблемах с восприятием: мои дурачки-эразмус просто неправильно вычленяют в окружающем мире figure and ground! Они думают, что главное - это фрау Х., поэтому когнитивные импульсы касающиеся ее психоделической футболки и кривого указательного пальца фильтруются в их мозг, обрабатываются и сохраняются, а входящая информация относительно страдательного залога и дополнения в дативе воспринимается как неважная, неновая, незначительная и фоновая.

Д.Томас написала очередную главу про Остина и теорию речевых актов, и это, наверное, сто сорок пятая в моей жизни глава, описывающая теорию речевых актов, хотя самого остина я прочитать до сих пор не удосужилась (но в список литературы в дипломе я его, конечно, внесла); но Томас я читаю с огромным удовольствием! Вот например она объясняет, чем перформативные высказывания (те, произнося которые, мы не констатируем факты, а совершаем действия самим фактом высказывания, например, Я объявляю вас мужем и женой) отличаются от всех прочих: once I have uttered the words I apologize no one can deny that I did apologize (even though you may suspect that my apology is insincere). But what if I sneak up on the cruise ship The Queen Elizabeth II at dead of night as it lies in dry dock and, in a fit of republican passion, smash a bottle of Guinness against the hull and re-name it The Albatross?
По-моему, это прекрасно! в приступе республиканства переименовать королеву елизавету, разбив о ее нос бутылку гиннеса.